История побед и поражений национал-социализма описана множеством авторов во множестве книг, однако повседневная жизнь немцев в эпоху Гитлера долгое время оставалась на периферии внимания исследователей. Разумеется, не было недостатка в биографических свидетельствах (вроде хорошо известной книги Клемперера «Язык Третьего Рейха»), равно как и в специальных работах, посвященных культуре нацистского режима (таких как «Нацизм и культура» или «Война, которую выиграл Гитлер»). В то же время книг, обобщающих опыт «каждодневной жизни» при нацистах, заметно меньше.
В середине 1980-х французский журналист Жан Марабини попытался восполнить этот пробел своей книгой «Повседневная жизнь Берлина при Гитлере». Марабини больше 30 лет работал корреспондентом в Le Mond, и был достаточно известным автором, много писавшим про Советский Союз, революцию 1917-го и Вторую мировую войну. В середине 1960-х вышла его, пожалуй, самая популярная книга, рассказывающая о повседневной жизни в России периода Октябрьской революции. Рассказывая о гитлеровском Берлине, Марабини тоже старается фокусироваться на повседневности, но история германской столицы здесь помещена в контекст не столько будничной жизни, сколько партийных интриг и заговоров, плетущихся в высших эшелонах власти.
В середине 1980-х французский журналист Жан Марабини попытался восполнить этот пробел своей книгой «Повседневная жизнь Берлина при Гитлере». Марабини больше 30 лет работал корреспондентом в Le Mond, и был достаточно известным автором, много писавшим про Советский Союз, революцию 1917-го и Вторую мировую войну. В середине 1960-х вышла его, пожалуй, самая популярная книга, рассказывающая о повседневной жизни в России периода Октябрьской революции. Рассказывая о гитлеровском Берлине, Марабини тоже старается фокусироваться на повседневности, но история германской столицы здесь помещена в контекст не столько будничной жизни, сколько партийных интриг и заговоров, плетущихся в высших эшелонах власти.
![](https://static.tildacdn.com/tild3138-6463-4539-b966-613139303231/images.jpg)
Девять глав книги выстроены по хронологическому принципу, и охватывают все двенадцать лет правления нацистов, однако авторское внимание здесь распределено крайне неравномерно. Лишь первые три главы описывают довоенное время, в то время как шесть последующих – целиком посвящены военным будням берлинцев. В книге нет каких-либо сквозных персонажей, хотя на страницах вновь и вновь мелькают партийные и военные лидеры, от Геббельса и Геринга до Канариса и Кейтеля. Наряду с ними появляются и обычные люди, но Марабини редко фиксируется на бытовых деталях их жизней, предпочитая рассказывать детали борьбы за власть внутри различных министерств и крупных компаний. Вся книга – набор коротких параграфов, в которых описываются многочисленные эпизоды из жизни берлинцев – в основном высокопоставленных.
И это – единственный (но всеобъемлющий) недостаток всей книги: для работы, призванной показать подробности частной жизни жителей Берлина, в книге Марабини слишком много сказано о ходе войны и до смешного мало сказано о жизни в тылу. При этом детали частной жизни тех же нацистских бонз или связанных с ними промышленников, кинематографистов или пропагандистов – отличная тема для книги. Но и об этом в книге почти ничего нет. В конце концов, дело даже не в том, что Марабини забывает показать опыт повседневности для обычных людей, а в том, что изложенные им сюжеты в общем-то, были неплохо известны задолго до выхода книги. В результате книга вскоре превращается в сборник военных сводок – пусть и написанный бойким слогом – среди которых изредка попадаются любопытные зарисовки о подпольщиках Сопротивления или о берлинских девушках, заводящих мимолетные романы с солдатами в отпуске.
Ко всему прочему, журналистская тяга к сенсациям здесь принимает едва ли не конспирологические формы, когда Марабини ссылается на шпионские игры немцев, Советов и западных союзников как главные движущие силы войны. В паре-тройке мест он и вовсе выдает удивительные по своей смелости суждения – на полном серьезе, например, утверждая, что Александра Коллонтай перешла на сторону Гитлера в 1942-м!
И это – единственный (но всеобъемлющий) недостаток всей книги: для работы, призванной показать подробности частной жизни жителей Берлина, в книге Марабини слишком много сказано о ходе войны и до смешного мало сказано о жизни в тылу. При этом детали частной жизни тех же нацистских бонз или связанных с ними промышленников, кинематографистов или пропагандистов – отличная тема для книги. Но и об этом в книге почти ничего нет. В конце концов, дело даже не в том, что Марабини забывает показать опыт повседневности для обычных людей, а в том, что изложенные им сюжеты в общем-то, были неплохо известны задолго до выхода книги. В результате книга вскоре превращается в сборник военных сводок – пусть и написанный бойким слогом – среди которых изредка попадаются любопытные зарисовки о подпольщиках Сопротивления или о берлинских девушках, заводящих мимолетные романы с солдатами в отпуске.
Ко всему прочему, журналистская тяга к сенсациям здесь принимает едва ли не конспирологические формы, когда Марабини ссылается на шпионские игры немцев, Советов и западных союзников как главные движущие силы войны. В паре-тройке мест он и вовсе выдает удивительные по своей смелости суждения – на полном серьезе, например, утверждая, что Александра Коллонтай перешла на сторону Гитлера в 1942-м!
![](https://static.tildacdn.com/tild6634-3839-4866-b833-366239363265/249776157_05867e2dc6.jpg)
Время от времени Марабини все же улавливает дух нацистского Берлина – города, который должен был стать центром мировой империи, а превратился в груду дымящихся развалин. Этот переход от довоенной безмятежности через тревогу первых военных лет к отчаянию и, наконец, к обреченному упорству в конце войны, особенно рельефно передан в последних главах. Марабини в красках описывает сюрреалистический быт фешенебельных отелей, где хорошо одетые партийные боссы сидят рядом с тяжело ранеными солдатами, а в кабаре по-прежнему звучат беззаботные песенки о любви – вопреки ежедневно падающим на город бомбам.
Символическое значение Берлина для нацистов (и лично Гитлера) хорошо известно, равно как и грандиозные планы фюрера по изменению облика столицы – стоит вспомнить хотя бы свидетельства Шпеера. В этом смысле книга Марабини могла бы быть отличным исследованием, рассказывающим историю города через истории его жителей – бедных и богатых, верных и неверных режиму, мужчин и женщин. Но, к сожалению, читать ее ради того, чтобы узнать побольше о жизни в тоталитарном мегаполисе – занятие по большей части бессмысленное. Об этих же темах намного ярче и масштабнее рассказывается, например, в классических «Берлинских дневниках» Ширера, или недавних «Записках из Третьего рейха».
Символическое значение Берлина для нацистов (и лично Гитлера) хорошо известно, равно как и грандиозные планы фюрера по изменению облика столицы – стоит вспомнить хотя бы свидетельства Шпеера. В этом смысле книга Марабини могла бы быть отличным исследованием, рассказывающим историю города через истории его жителей – бедных и богатых, верных и неверных режиму, мужчин и женщин. Но, к сожалению, читать ее ради того, чтобы узнать побольше о жизни в тоталитарном мегаполисе – занятие по большей части бессмысленное. Об этих же темах намного ярче и масштабнее рассказывается, например, в классических «Берлинских дневниках» Ширера, или недавних «Записках из Третьего рейха».
J. Marabini. La vie quotidienne à Berlin sous Hitler (1985)